выпуск 17

 Выпуск иллюстрируется фотографиями
Эдуарда Щеголева


Subway Philharmonic

 

[quote style=”boxed”]Street Photographer, как и Поэт – это не профессия, а призвание: уличному фотографу, как и поэту, его творчество не приносят ни денег, ни славы, в лучшем случае – три десятка «лайков» да пяток отзывов от немногочисленных поклоников.  Но ведь именно эти «остановленные прекрасные мгновения», когда Город не позирует фотографу – и есть настоящая Поэтика Нью-Йорка! [/quote]

Сегодняшний выпуск – снова авторский: снимки Эдуарда Щеголева (Нью-Йорк) из его альбома «Уличные музыканты» в сопровождении стихов разных поэтов. Правда, песня Александра Городницкого –  не про Нью-Йорк, его герои «прописаны» в другом полушарии и в другом времени, а стихотворение Александра Габриэля изначально называлось «Бостонский блюз» – но так ли это важно? Главное – это то, что  «покуда мы живы, ещё существует надежда, покуда мы живы, и музыка эта слышна»…

 

Александр Габриэль (Бостон)

Вровень с землей – заката клубничный мусс.
Восемь часов по-местному. Вход в метро.
Лето висит на городе ниткой бус…
Мелочь в потертой шляпе. Плакат Монро.
Грустный хозяин шляпы играет блюз.

Мимо течет небрежный прохожий люд;
сполох чужого хохота. Инь и Ян…
Рядом. Мне надо – рядом. На пять минут
стать эпицентром сотни луизиан.
Я не гурман, но мне не к лицу фастфуд.

Мама, мне тошно; мама, мне путь открыт
только в края, где счастье сошло на ноль…
Пальцы на грифе “Фендера” ест артрит;
не потому ль гитары земная боль
полнит горячий воздух на Summer Street?!

Ты Би Би Кинг сегодня. Ты Бадди Гай.
Черная кожа. Черное пламя глаз.
Как это все же страшно – увидеть край…
Быстро темнеет в этот вечерний час.
На тебе денег, brother.
Играй.
Играй.

 

 

Борис Юдин  (Maple Shade, NJ)

Уличный музыкант

Старенький мудштук прижав к губе,
Тело меди взяв любовно в руки,
Музыкант вдыхает город, чтоб в трубе
Этот город трансформировался в звуки.

 

Океан живёт в корытах ванн,
Снег идёт по самым жарким странам…
Провода – точь в точь, как нотный стан,
В Ля- минор  звучат девичьи станы.

 

 

Ольга Шенфельд (Чикаго)

Нью-Йорк, Нью-Йорк…

Мачо меняет одежду, повадки, голос,
Мачо приглажен и бледен, курчав и груб.
До перехлеста наполненный силой город,
Ошеломляет ожогом карминных губ.

 

Тонкий эстет крахмальной музейной мили
Рэппер Таймс-сквер, садовник центральных чащ,
Город так хочет, чтобы его любили,
Мачо швыряет к ногам театральный плащ.

 

Стенли Ковальский, вкрадчиво и умело
Юную женщину тянущий сквозь Бродвей.
Стенли Ковальский, жадно ревущий «Стелла!» –
Не устоит, взметнется, откроет дверь.

 

Мусор, бензин, прибой, золотые клочья.
Рваный сабвей, манерный и томный джаз
-Самое главное, Бланш, происходит ночью,
Втайне, среди миллионов бессонных глаз.

 

Город дневной не старается быть красивым.
Мачо небрежен, небрит, переменчив, скор,
Он с океаном готов потягаться силой
И затянуться туманом с индейских гор.

 

И джентельменом в кремовой летней паре –
Солнце в глазах, оскал нестерпимо бел –
Как элегантен бывший рабочий парень,
Маленьким девочкам шепчущий «Farewell».

 

Вечный игрок, безжалостный и горячий,
Вечный маяк туристским ночным очам,
Он суеверно просит чуть-чуть удачи,
Бросив монетку уличным трубачам.

 

 

Александр Городницкий

В теснинах метро, где неясно, зима или лето,
Над пеной людской, в электрической тусклой ночи
Звенит болеро, и поют под гитару поэты,
Усталой рукой обнимают металлтрубачи.

 

Их лица землисты,а их имена неизвестны.
Что кажется внове, возможно, назавтра умрёт.
Но эти артисты относятся к публике честно,
Поскольку за номер не требуют денег вперёд.

 

Покинув уют, по поверхности каменной голой,
Толпою влеком, я плыву меж подземных морей,
Где скрипки поют и вещает простуженный голос
О детстве моём и о жизни пропащей моей.

 

Аккорд как постскриптум,- и я, улыбаясь неловко,
Делящий позор с обнищалой отчизной моей,
В футляр из-под скрипки стыдливо роняю рублевку,
Где, что ни сезон,прибавляется больше нулей.

 

Пусть правит нажива,убоги еда и одежда,
Правители лживы и рядом бушует война,-
Покуда мы живы, ещё существует надежда,
Покуда мы живы, и музыка эта слышна.

 

И люди в надежде бегут по сырым переходам,
Тому, кто поёт, не давая взамен ничего.
И снова, как прежде, искусство едино с народом,
Поскольку живёт на скупые подачки его

 Песню Подземных Музыкантов слушать здесь.

 

Предыдущие выпуски см.: http://elegantnewyork.com/poetry-ny-1/http://elegantnewyork.com/poetry-ny-2/;
http://elegantnewyork.com/poetry-ny-3/http://elegantnewyork.com/poetry_ny_4/http://elegantnewyork.com/poetry_5/;
http://elegantnewyork.com/poetry-ny-6/http://elegantnewyork.com/poetry-ny-7/http://elegantnewyork.com/poetika-8/http://elegantnewyork.com/poetika-9/http://elegantnewyork.com/poetika10/; http://elegantnewyork.com/poetika11/http://elegantnewyork.com/poetry12/; http://elegantnewyork.com/poetica/; http://elegantnewyork.com/category/poetry/; http://elegantnewyork.com/poetry-15/4 http://elegantnewyork.com/poetyka-16/

Любая перепечатка текста возможна только с разрешения автора проекта.

Продолжение следует

Ведущая рубрики Ирина Акс