МОНОЛОГ ХУДОЖНИКА

Катря Кот

Павло Ковач и гости выставки (Объект «Шкатулка-Книга», 2014)

 

О чем: новый арт-проект «Анатомия абсурда», древность человеческого мозга, массовую войну, российские бороды и барочные парики, химеры разума и сердце Европы. А также Арджуну, которому все-таки пришлось услышать Кришну и передать человечеству самый важный урок…

Кто: Павло Ковач-старший – художник-анатом с украинского Закарпатья. Расшифровывая слово «анатомия», обращаемся к греческому языку – и получается что-то вроде «верх» и «резать», но этот человек режет вглубь и раскраивает на множество частей. Разговаривать с ним – будто бы снимать лепестки с бесконечного цветка – и все идти, идти, идти к горчичному зерну. И находить в нем что-то совершенно «не благозвучное» – ведь если обратиться к языку латинскому, то именно так расшифровывается слово «абсурд».

 

 

Использованы иллюстрации XVII века к поэме «Echoglosu wolajecego na puszczy» («Отголосок голоса кричащего в пустыне ») 1. Месяц на небе. 2. Триумф Марса. 3. Парад небесных светил. 4. Плаванье нимф. 5. Укрощение монстра. 6. Орел.

Мне интересно присутствие художника в его работе, исследование не только окружающей среды, но, прежде всего, себя самого. Как написано на Дельфийском храме: «Познай себя самого». Не Бога, не человека, а себя. Ведь разве можно познать что-то, если ты не знаешь о себе, кто ты есть?

Творчество художника или человека вообще я обозначаю такими тремя состояниями. Это фокусник, факир и йог. Фокусник постоянно создает иллюзию, его задача – обмануть человека. Факир больше работает над собой – он умеет управлять своим телом и возможностями. Йог – наивысшая форма. Потому что человек освоил не только физический уровень, но и ментальный, и духовный. Он может все то же, что и фокусник, и факир, но не делает этого. Потому что его цель – придерживаться законов Вселенной. Он сотрудничает с высшими энергиями и не манипулирует ими, потому что этим может принести вред. Для меня категория йога соотносится с художником, который отвечает за все, чем занимается. Потому что свобода – это ответственность. Если ее нет – возникает анархия, разрушение. И что важно: разрушение не только себя, но и тех, кто приобщается к созерцанию творений – приобщенные тоже разрушаются, потому что энергии в таком творении отличаются от тех, которые, скажем, излучают работы художника-йога.

Каждый человек носит в себе человечество. И не только. Я уверен, что даже не одну культуру и не одну цивилизацию. Возьмем мозг человека: как структура он был сформирован 40-50 тысяч лет тому назад – и не изменился ни единой извилиной с того времени. Оказывается, что наши пра-пра-прадеды имели наш мозг. И каким-то образом они жили в пещерах, охотились на мамонтов… Это довольно странно. Юнг указал на то, что объединяет нас с неандертальцем – страхи жизненных коллизий. Мы являемся очень сложной духовной и ментальной архитектурой. Сложной настолько, что не можем познать себя своим же разумом, потому что он блокирует сам себя в этом направлении. Он блокирует эти знания. Как, например, и компьютер не может познавать или сканировать самого себя – только накапливать информацию в файлы.

Палимпсест «Вторжение», 2014 Использована гравюра «Панегирическая конклюзия, предназначенная для вручения регентше-царевне Софье Алексеевне года 1688 в Москве»

В «Анатомии абсурда» я также обращаюсь к юнгианским архетипам. На гравюре XVII века в небе появлялся святой с саблей – и для человека барокко это выглядело нормально. Как и для меня, человека современного, будет выглядеть естественным, если там появится не святой, а НЛО. Мы потеряли святых в небе, потеряли гармонию, которая связывала нас с предками XVII века: через искусство, барочную форму, музыку – мы отошли от этого. Но «свято место пусто не бывает», оно заполняется очень быстро. И пришли новые образы.

И вот он – «Черный квадрат». Но почему он черный? Почему хотя бы не синий? Очень хорошо сказал один искусствовед: это картина «боголишённости». В ней просто нет Бога. Это икона ХХ века. Получается, что святой народ той будто бы «Святой Руси» сошел с ума – и начал ломать церкви, срывать иконы – пока в конце концов не разрушил все настолько, что выстроил новую форму иконы – «Черный квадрат», который вешали в углу, которому молились, пели гимны. Сам гимн был разрушающим: «Мы старый мир разрушим до основанья, а затем мы новый мир построим…» Агрессия этого текста говорит о ненормальном психическом состоянии. После «Черного квадрата» начали рисовать самолеты, парашютистов с оружием в руках – которые заняли небо. Как только гармония была разрушена, небо, в котором летали и в «подвешенном» состоянии общались с Богом ангелы, святые, люди – свято место пусто не бывает, – заселила всякая нечисть. Потому что как только человек освобождается от неких стереотипов, его мозг тут же формирует новые.

В китайском тексте говорится: вижу не глазами, а разумом; слышу не ушами, а разумом; разговариваю не ртом, а разумом. И тот воспитал свой разум, кто сделал его пустым. Потому что пустой разум – как зеркало, и реальность отображается в нем такой, какова она есть. К сожалению, «Черный квадрат» – это наиболее низкая форма зеркала. Это тартарары, это ад кромешный, все, что может быть беспросветным – отображается в этом «Черном квадрате».

Недавно смотрел програму, что будто бы где-то в Америке поймали дикого кабана розмером около трех метров. Как такое возможно? Или же это какое-то допотопное животное? Или что это? Оказывается, все намного проще. С одной фермы сбежал кабан. И всего за год в лесу он стал диким. Он не только покрылся грубой шерстью, у него даже клыки выросли до 20 сантиметров. Вот феномен: человек может упасть до уровня 40-50-тысячной давности. С теми же мозгами он может упасть так глубоко назад. Потому что мы не владеем собой, мы не знаем, кто мы есть. И когда включаются стадные инстинкты, мы сразу теряем свою личность и становимся массой. И эта масса страшнее массовой войны.

Объект «Волна», 2014. "То, что природа оставляет незавершенным, свершает искусство"

Мы не меняемся. Все повторяется наплывами, волнами. Барокко создала интеллигенция, его создали художники.

[quote style=”boxed”]Барокко – это наш Сковорода. Он воспевал красоту мысли. И эту красоту философствования, диспуты в Могилянке (Киево-Могилянская Академия – авт.), Краковской или Австрийской академии – создавали философы. Художники же работали над картинами и выстраивали их так, чтобы все в работе переходило через ритм, через цвет – красиво, барочно. А музыка? Ведь это единство, перетекающее с одного в другое. [/quote]

И этого была лишена наша «братская» Россия. Она пребывала в состоянии иллюзии того «Третьего Рима». Жестокость облика, замученных, высушенных апостолов, которые почему-то страдали от голода в пустынях… И они пришли и мучили народ, чтобы и тот почувствовал себя страждущим. И сегодня мы видим последствия такого давнего недоразумения. Ведь московское православие не воспринимает барокко как сакральное. Когда мы все – аполлонисты. Мы поклоняемся Аполлону, богу гармонии. Посмотрите на барочное искусство – оно сияет, светится. Оно не с темноты выходит, а появляется на фоне света. И поэтому проект, который я сделал, использует это как основу. Я просто накладываю на время, на эту основу современную сущность. Конечно же, я искал ту барочную гармонию. Ну, как уже вышло…

Объект «Словолит», 2014

Все российское искусство XVIII века, на самом деле, заимствованно Петром І у европейской культуры. И показательно, что именно он уничтожил Мазепу, который являлся правопреемником и проводником барокко. Петр не только украл название «Русь», но и саму сущность, духовность с нее сорвал. И поэтому российский народ не принял барокко, он просто не смог: сменить бороды на парики – ну как с таким мириться? Народ чувствовал, что над ними издеваются. И то, что сейчас происходит в Украине – это второе, новое барокко. Как только Украина начала возрождаться в 2004 году, и сейчас, после десяти лет, потихоньку идет подпольная, а сегодня уже и открытая борьба.

Мне кажется, мы могли бы возвратиться к классической форме, к гармонии барокко. Почему бы нет? Если эпоха Возрождения вернулась к Античности, почему бы конкретно нам не вернуться к Барокко? Тем более, что этим мы как бы снова говорим: Украина – не Россия. И хотя интеллигенция России очень даже любит барокко, ведь все их шлягеры есть ни что иное, как барочная попса, у нас это идет от души, а у них – от головы. А мы ведь знаем, кто рождает химеры – разум. Душа же рождает гармонию. И это уже не химеры, а образы. Гармоничные, созданные для того, чтобы человек вдохновлялся и продолжал познавать себя и мир.

Пора признать, что Европа, к сожалению, – старая. Она любуется, как нарцисс, в собственном отражении и боится отступиться от собственной внешности. Или даже от мысли о своей внешности. Поэтому она в состоянии большого ожидания: а что же будет? И если современный философ Франции сказал на Майдане: «Вот, где сердце Европы!» – это нужно воспринимать не как аллегорию, а как реальный сухой факт, документ. И, в первую очередь, не мы должны это понять, а они. Это он к ним обратился.

Поп-арт очернил идею красоты. Он начал использовать ее как рекламу. Следует вспомнить и то, что даже 2000 лет тому назад, когда Христос проповедовал свою истину, он, обратите внимание, достаточно агрессивно относился к торговле в храме. Вспомните, как он выгоняет торговцев из храма. В сущности, есть разные интерпретации этой истории, но, на самом деле, он просто изгнал поп-художников из храма искусства. Им там не место. Потому что богу богово, а кесарю кесарево. И, действительно, поп-арт для нас не является естественным. Для нас, европейцев, – хотя и возник в Европе.

Экспозиция выставки «Анатомия Абсурда»

Я думаю о Китае, о том романтическом Китае, в котором прекрасные девы летают со своими фазанами, а поэт пьет вино и тростниковой палочкой пишет стихи о горах, о воде, о дожде – как Бо Цзюй-и или Ли Бо. Я давно упиваюсь китайской поэзией. А китайские художники – это неимоверно! И когда сегодня пытаются говорить не о таком Китае, меня это страшно обижает. Я даже попробовал разговаривать с китайцами – и они не поняли. Потому что кроме Мао Цзедуна ничего не знают. Как и мы о себе. Но мы должны победить это зло, преодолеть эту пропасть. И это вездесущно.
[quote style=”boxed”]Возьмем библейского Иова. Дьявол был уверен, что принудит человека отречься от Бога. И Бог разрешил провести такой эксперимент, лишь с одним условием: «Только душу его не трогай», – сказал Бог. И когда Иова потерял все, и даже друзья от него отвернулись, он сказал: «Если Ты создал этот мир, и меня создал, как я могу уйти от Тебя?» После этого Бог запретил дьяволу искушать Иова. Дьявол проиграл. А Бог вернул Иову все. Это о том, что переживаем сейчас мы. Великий закон непротивления злу насилием – как раз и важен. Потому что когда мы начинаем наступать на зло и бороться с ним, оно нас поглощает. Таков закон Вселенной. У нас есть право защищаться, оно дано нам Богом. Существуют, конечно, и те, кто говорят, будто бы Богом им дано право нападать.[/quote]

Я слушал священников на Майдане, они говорили именно о том, что церковь стоит с теми, кто защищается. Тем временем московский патриархат благословляет тех, кто нападает – хотя это антибожественное действие. Человек с человеком всегда может договориться. Но как же сложно говорить с теми, кто на стороне оружия и держит его в руках! С ними разговора нет, они просто действуют.

С чего начинается «Бхагавад-гита»? Арджуна начал войну между родами двух братьев и перед боем позвал Кришну. Кришна приехал на колеснице. Стал на поле боя и говорит: «Арджуна, ты позвал меня, и я пришел. Давай вести войну вместе». Увидев Кришну, Арджуна прозрел и сказал: «Как я могу вести войну, когда родственники у меня по обе стороны?» На что Кришна ответил: «Поэтому я и здесь. Но ты больше не смотри на них, как на живых, потому что они в своей злобе давно уже умерли. Они уничтожили то божественное, что я им давал. Перед тобою всего лишь тени. Поэтому дай им возможность проколоть друг друга, ведь они давно уже по другую сторону. И они отойдут. А я здесь для того, чтобы дать тебе указания, и ты их записал, чтобы следующие поколения читали эти тексты как науку и понимали их». Потому что только через понимание мы можем принимать решение: воевать с братом или нет. Все человечество – братья. И это урок для всего человечества.

Фотграфии предоставлены Bottega Gallery