lyubiteli_koshechek

Работа Дмитрия Яковина.

 

В течение трех последних недель апреля в Музее Русского Искусства в Джерси Сити проходила Весенняя интернациональная выставка, на которой были представлены 16 художников. Большинство из них выставляли свои картины самостоятельно, других представляла арт-галерея «ИнтерАрт».

Выставка прошла очень успешно, собрав множество гостей, среди которых были акт-критики, галеристы, арт-дилеры, поклонники искусства и частные покупатели. Не станем открывать коммерческие секреты, сколько, чьих и кому было продано работ, отметим только, что все участники остались весьма довольны. 

11images[box][quote]1 мая состоится закрытие этой выставки. Советуем не пропустить его. Кроме самой экспозиции, посетители получат удовольствие от музыкального концерта, душевной атмосферы музея, приятного общества, отменных закусок и напитков.
Напомним адрес музея: 80 Grand Street, Jersey City, NJ 07302. (Остановка PATH – Exchange Place.)
Отметим, что добраться в музей не сложней, чем в куда-либо в Манхеттане.
Нужно всего лишь пересечь Гудзон: это всего одна остановка на метро (PATH) – от Всемирного Торгового Центра (WTC) до Exchange place (первая остановка в Джерси Сити) или приятная прогулка через Гудзон на пароме (NY Waterway) до Paulus Hook.
Путь займет у вас не более 10-15 минут из Downtown New York до дверей музея.
[/quote][/box]

 

Успешные выставки всегда заставляют задуматься и попытаться разобраться, что же происходит сейчас в арт-мире. Вот мы и решили обсудить волнующие нас вопросы с теми, кто лично вовлечён в мир современного искусства: с организатором выставки Борисом Беленьким, галереистом и арт-критиком Светланой Вайс и художником Еленой Лежен.

Мы задали по одному индивидуальному вопросу каждому из наших собеседников и один общий, но очень глобальный. Ответы вышли далеко за рамки простого впечатления о выставке, они оказались очень глубокими и интересными и, надеемся, помогут разобраться в особенностях сегодняшнего арт-рынка и путях развития современного искусства.

Yelena Lezhen Artist Art

Вопрос к организатору выставки Борису Беленькому:

– Борис, как возникла идея проведения «Весенней выставки» в MORA?

 Наш музей сужествует более 30-ти лет. Я вхожу в новый состав руководства музея, реорганизованного шесть лет назад. За эти годы мы провели множество разнообразных выставок, как персоональных, так и групповых, многие из которых прощли довольно удачно, с большой посещаемостью и освещением в прессе.

Этой замой по инициативе и при поддержке группы художников я организовал коллективную выставку, под названием “Зимняя выставка”, в которой участвовало 14 художников. Выставка прошла довольно успешно и привлекла большое внимание публики. Мы решили продолжить традицию – так возникла “Весенняя выставка”, в которой на этот раз приняло участие шестнадцать художников, фотографов и скульпторов, проживающих в США, России, Украине, Великобритании и Европе. Так что у нас получилась по-настоящему международная выставка.

 

Вопрос к галеристу и арт-критику Светлане Вайс:

– На выставке ваша галерея ИнтерАрт представила изумительную коллекцию работ, которая смотрелась, как выставка в выставке. Художники работают в совершенно различных стилях, но было что-то особенное, объединяющее экспозицию, так  что она выглядела как единое целое. Как вам это удается и почему вы выбрали для этой выставке именно этих художников?

– Нашей галерее «ИнтерАрт» был предоставлен для экспозиции отдельный зал, за что огромное спасибо руководству музея MORA. Мы показали трех художников, с которыми работает наша галерея – это питерский художник Дмитрий Яковин, Анна Равлюк из Лондона и Андрей Лапицкий из Москвы. Все художники полностью отвечают достаточно строгим требованиям, которые предъявляет наша галерея. Во-первых, это профессиональное образование: все три художника являются выпускниками художественных институтов и академии. Во-вторых, это художественный жар – наша галерея исповедует фантастический реализм и сюрреализм, во всех его художественных проявлениях. Мы называем это Art of Imagination. Пусть это направление сегодня покажется несколько аутсайдерским в концептуальной художественной парадигме Нью-Йорка, но в нем мы, скажу с уверенностью, одни из первых.

С Дмитрием Яковиным мы сотрудничаем с самой первой нашей выставки. Еще немного –  и это будет 20 лет. Тогда он еще только закончил Художественную Академию им.Репина и аспирантуру в Германии, уже был невероятно техничным художником, но своего направления еще не нашел – холсты и акварели были заполнены милой, но простоватой романтикой. Его сейчас уже ставший знаменитым, «микрореализм» появился через несколько лет именно в нашей галерее и многие годы продолжает притягивать огромное число поклонников и коллекционеров. Узнаваемость его работ стопроцентная! Дмитрий склонен к миниатюре с одной стороны, и к сложным многофигурным композициям – с другой. В результате соединения этих двух, казалось бы, несовместимых задач получился микромир, наполненный жизнью абсолютно фантастических персонажей. И эта особая рожденная им планета не расширятся с годами, а …уплотняется – художник принципиально не увеличивает размеры своих маленьких холстов ни на сантиметр, а персонажи увеличиваются числом, живут своей самостоятельной жизнью, кочуют из одной композиции в другую, дружат и ссорятся, влюбляются и создают семьи по всем суровым законам сюрреализма.

yakovin-dmitry-pic

Работа Дмитрия Яковина.

С Анной Равлюк мы тоже работаем уже давно, мы делали как ее персональные выставки, так и всегда включали в групповые экспозиции нашей галереи. Энергетика ее холстов потрясающая. Анна достигает этого эффекта эстетикой «говорящих» образов, написанных яркими открытыми красками. Если это страдание, то фигура нарочито изломана, если злость, то копье летит через весь холст, если веселье, то красная юбка танцовщицы вырывается не только за пределы композиции, а и вовсе с холста. Анна за свою творческую деятельность создала много работ и даже больших серий, совершенно разных по настрою и темпераменту. Есть философские и исторические серии, костюмные и этнографические, но даже самые реалистичные из них всегда пронизаны романтическими фантазиями. Художнице удалось создать галерею ярких образов, каждый из которых – это история или рассказ, а иногда итог или надежда.

unnamed

Московский художник Андрей Лапицкий для нас новый автор, галерея работает с ним только второй год. Это довольно редкий случай для галереи, когда мы начали работать с уже сложившимся мастером – техничным, совершенным, уже давно нашедшим свои образы и спектр палитры. Романтический реализм, пожалуй, любимый жанр художника. Но в первую очередь его картины притягивают настоящей техникой старых мастеров – прозрачность многослойных лессировок и белые складки платья кажутся объемными! Это именно то, что называется живописью, это то, чему поражаются зрители уже не одну сотню лет. Это то, что неоправданно уходит из современного искусства в обмен на эпатажные технические трюки. Мы очень рады, что американская публика проявляет интерес к работам Андрея Лапицкого, и надеемся на долгое сотрудничество.

968185

Работа Андрея Лапицкого.

Все работы, которые мы представили на выставке, продаются, некоторые представлены в виде жикле, напечатанных ограниченным тиражом.

 

Вопрос к художнику Елене Лежен:

 – Лена, ваши картины завораживают, причем в самом прямом смысле этого слова. Сознание зрителя, ухватившись за один из образов и раскручивая вашу бесконечную «золотую» нить, уводит в созданный вами мир иллюзий, где каждый находит отголоски своей реальности, своих личных ассоциаций. Для зрителя ваши работы становятся очень персональными. Создавая свои картины, вы играете с нашим или со своим подсознанием?

– Я думаю, что сюжеты моих работ и мои эмоции в какой-то момент переходят из моего подсознания на бумагу или холст. Надеюсь, что это находит отклик у людей, которые смотрят мои картины. И если кто-то подходит ко мне во время выставки и говорит, что мои работы задели что-то в душе, это самая большая награда для меня.

12970975_1085249501535676_722561952615932343_o

Работа Елены Лежен

В моих работах я пытаюсь запечатлеть возникающие в моем сознании мысли, воспоминания, сны, красоту и уродство, высокие и низкие побуждения, грязную политику и прекрасные сказки, и мечты. Это истории, которые очень быстро или очень медленно разворачиваются на моих листах. Чтобы понять то, что я хочу сказать, иногда недостаточно беглого взгляда. Нужно немного остановиться, оглядеться и выйти из закрытой комнаты своего восприятия, постараться открыть дверь и понять что-то. Это может нравиться или нет – мой своеобразный художественный мир, который делает знакомое странным, прошлое будущим и зрителя свидетелем человеческих эмоций – любви, зависти, предательства, подсознательных желаний, детских фантазий и социальных угроз.

12239591_921401087908356_8428235816608854367_n

Работа Елены Лежен

Мой стиль работы в графике и смешанной технике возможно отличается от работы многих моих коллег художников. Я не делаю наброски к моим работам, не продумываю сюжеты и темы. Я сажусь за стол и смотрю на чистый лист бумаги. Постепенно на нем и в моем мозгу я начинаю видеть будущий рисунок. Иногда это то, о чем я думаю и то, что меня волнует в данный момент, иногда фантазии, воспоминания о прочитанных стихах, услышанной музыке, любимых книгах. Бывают исключения, когда кто-то просит меня нарисовать какой-то сюжет. Я начинаю думать об этом сюжете, и он появляется на бумаге. Техника моих работ не терпит исправлений, и линия должна ложиться сразу на положенное ей место, но так как я вижу все эти линии, то я погружаюсь в мир рисунка и не думаю о правильности. Иногда цветовые пятна, которые я наношу, подсказывают мне сюжеты и стилистику работы.

В живописи всё немного по-другому. Главное – это цвет, но в последнее время линия, которую я вижу, преследует меня и в этом жанре. А в общем мне кажется, что мой жизненный опыт, мои ощущения, накопленные годами, выплёскиваются из меня в мои работы.

Второй вопрос о для всех наших собеседников был сформулирован одинаково:

– Бытует мнение, что искусство находится в сложном положении: арт-рынок мешает ему развиваться, а художникам творить. Создается впечатление, что теперь для художников главное  это открыть новые формы, удивить публику. Но многое ли из этих экспериментов оставит значительный след в Искусстве?

Что формирует арт-рынок и насколько публика способна понять и оценить современное искусство? Как по-вашему будет развиваться сценарий в дальнейшем, чего можно ожидать в будущем в арт-мире? 

Елена Лежен:

– То, что я сейчас скажу – совершенно субъективно. Я понимаю, что ведётся много споров о современном искусстве, и многим оно не нравится. Я очень люблю классическое искусство, которое проверено временем, которое потрясает техникой исполнения и вкусом. Но каждое столетие диктует что-то новое. Революционеры в искусстве никогда не воспринимались однозначно. Достаточно вспомнить импрессионистов. Современное искусство во всём его многообразии не может вызывать только положительные эмоции, но всё же именно в исканиях, в использовании новых материалов, в современной трактовке действительности я чувствую дыхание времени, динамику развития, стремление к новому. И это, по-моему, очень хорошо.

12998293_1085246544869305_916897757681809971_o

Работа Елены Лежен

Борис Беленький:

-Искусство сейчас находится в состоянии перерождения, художники пытаются найти что-то новое, и это новое, как обычно бывает, не всем приходиться по вкусу, и не всегда несет в себе новизну и действительно истинную ценность. Последнее мое посещение «Chelsea» – центра мирового современного искусства, произвело на меня удручающее впечатление. На мой взгляд это была анти-эстетика, размещенная в супер шикарных галлереях

Хотя может быть художники этого и добиваться сейчас, превращая искусство, в анти-искусство. Так же я годами посещаю «Armory» в Нью-Йорке, одно из основных событий в современном искусстве, но к сожалению, с каждым годом оно становится все менее и менее интересным. Но в этом году африканская тематика ярмарки внесла, на мой взгляд, много нового, живого и интересного в мир современного искусства.

Нынешнее положение вещей в современном искусстве, меня беспокоит, но как будет развиваться сценарий, мне кажется, не известно никому –  этот мир особенно непредсказуем. К чему это все приведет в дальнейшем, трудно сказать.

Сейчас не только мир искусства находится в неустойчивом, шатком состоянии, но и весь мир, как бы замер и не известно куда все пойдет дальше… Поэтому, не берусь делать какие-то далеко идущие прогнозы. Мы делаем свое дело, представляем талантливых художников на выставках и думаю это важно. Это позволяет людям узнать новые имена, следить за переменами и находить то что им нравится. Кроме всего прочего выставки развивают мировоззрение и формируют вкус, помогают разобраться с тем что происходит не только в искусстве, но и в современном мире.

У нас на выставке собраны, в основном, художники модернисты, они современны, но это не те экспериментаторы, которых вы имели ввиду в вашем вопросе. Они ищут новые формы, они обладают хорошей школой, вкусом, техникой. Мы хотели продемонстрировать на выставке разнообразие современных эстетических форм, разные направления. Думаю, это важно и интересно для современного зрителя, нашей целью не было потрясти или шокировать. Зритель такой же участник процесса формирования современного искусства, а выставки это один из способов вести диалог между всеми участниками.

Irene Koval Artist Art

Работа Ирен Коваль.

 

Светлана Вайс:

– Да, разнообразие художественных форм и обилие концептуальных направлений в современном искусстве, безусловно, ввели зрителя в состояние растерянности. Вызывает вопрос даже не художественная ценность произведения, а сама принадлежность его к искусству как таковому. Границы современно искусства слишком растянулись, охватив пограничные сферы, зайдя на чужую территорию. Отсюда возникает, например, такой совершенно закономерный вопрос: перформанс – это искусство? Почему художественное, почему не театральное, почему не социальное? Почему исполнитель называет себя художником, а не артистом? Не гражданским активистом? И таких примеров с неразъясненными принципами в сегодняшнем мире очень много.

Sergey Dikovsky Art Artist

Работа Сергея Диковского

[box][quote]И конечно, артрынок конца ХХ века искусственно надувался талантливыми арт-дилерами, художниками, способными делать собственный мощный пиар, и коллекционерами, которые сделали произведение искусства серьезным финансовым инструментом. Нельзя сказать, что этого не знали раньше, но таких масштабов надувания художественных «мыльных пузырей», как, например, американский ПопАрт, история не знала. Ну, вот узнала. И все смешалось. Последователи социального искусства с его несложным художественным исполнением оказались совершенно не востребованы. В Америке сегодня живет и страдает целое поколение художников, мечтавших о славе и прижизненных доходах Уорхола и Раушенберга. А их даже близко не подпустили к арт-рынку. А ведь они так оттачивали навыки размазывания красок по холсту и составлению социально значимых названий! Реально потерянное поколение – обиженное и невостребованное.[/quote][/box]

Новые технологии ХХ века подарили миру компьютерную живопись. Причем это произошло так быстро, что никто не успел определить ей место – то ли это искусство, то ли одна из его концепций, а может, и вообще – бросовая тиражная продукция? Что это и где ему место? И надо понимать, что здесь речь идет не только о технологии и высококачественных принтах, жикле и пр., а о проникновении в «святая святых» – в процесс творчества художника:  теперь композицию можно смоделировать на экране компьютера, подобрать цветовую палитру, не прикасаясь к краскам и т.д. О ужас! – кого теперь считать художником? И что со всеми этими достижениями делать? Отрицать их уже бесполезно.

Viktor Miloslavsky Art photography

Работв Виктора Милославского

Как мне кажется, пока не произойдет описание и разделение современных направлений художественных возможностей, не произойдет и нового рывка в искусстве. Пришло время отделить «зерна от плевел» и честно сказать: это новый путь в искусстве, а это просто топтание на месте и выдавливание крох из старых художественных форм.

[box][quote]Для этого не так много нужно. Всего лишь сделать независимой арт критику, дать специалистам возможность проследить историю образования новых форм и направлений в искусстве, оценить степень инновационных элементов и выявить плагиат (вольный или невольный), и их мнение сделать предметом публичной дискуссии. А уж выводы зритель сделает сам. К великому сожалению, я не вижу сегодня ни прессы, ни арт критики, которые бы не зависели от своих спонсоров. Даже порядочные журналисты сегодня зависят от своих работодателей больше, чем когда-либо, и с охотой идут на компромисс: заказные хвалебные или очернительные статьи – это хороший заработок, чего уж тут скрывать![/quote][/box]

Иными словами, я говорю о проведении независимой экспертизы и оценке ценностей. Не о переоценке, а о беспристрастном описании художественного объекта и определении его места в истории искусства. Но только беспристрастными независимыми образованными специалистами. Кстати, история знает примеры того, как художественно несовершенные вещи могут становиться более значимыми и даже культовыми, чем те, которые соответствуют критическим параметрам.

livshen-violetta-pic

Работв Виолеты Лившен

[box][quote]Искусство оценивается по субъективным критериям – это аксиома. Но критерии берут свое начало в той эстетике, которую исповедует арт критик, историк, куратор, галерейщик или журналист. В эстетике! А не в гонораре за заказную статью. Когда это произойдет? Не скоро. Должен лопнуть надутый финансовый «мыльный пузырь» современного арт рынка. А мыло для него заварили круто.[/quote][/box]

 

– Благодарим всех участников интервью за очень интересный разговор. 

 Вопросы задавала Татьяна Бородина