Главы из книги Светланы Вайс “Арт Квартал”.

 

КРАЕУГОЛЬНЫЙ КАМЕНЬ

Ноябрь 2004

 

 

 

 

 

 

 

 

Сезон президентских выборов для арт-бизнеса – это запланированный теракт. Вроде бы как бизнес есть, а на самом деле его нет. Пока вновь избранный или переизбранный президент не примет свое первое командирское решение, денежный поток не повернется в нашу сторону. Слава богу, процесс этот прогнозируемый, а явление изученное – лишь бы никаких сюрпризов. И пока этот неблагоприятный для бизнеса сезон длится, непосредственно в арте происходят весьма занятные вещи. Во всех галереях Нью-Йорка разгул перформансов, нетрадиционных экспозиций, выставки шокирующих объектов, эксперименты с традиционной живописью – где бы еще намазать, чтобы удивить, фотовыставки с откровенной порнухой – как бы еще выставить наружу, чтобы поразить, и т.д. и т.д.

После посещения наших краев этой осенью алабамский турист отбывает на родину о-ч-чень озадаченным. И, видимо, с намерением не пущать в Нью-Йорк детей и внуков хотя бы до совершеннолетия. И совсем напрасно – сейчас все переменится. Имея печальный опыт устройства коммерческих выставок в исключительно непродажный период президентских выборов, владельцы галерей жертвуют одной-двумя выставками, реально рассчитывая наверстать упущенное потом. А на это время стены и площади галерей отдаются на откуп молодому, еще не опытному поколению кураторов, менеджеров, заместителей – всем тем, кому охота засветиться хоть каким-нибудь способом или местом.

Этот политическизначимый и финансовоубийственный период, выпадающий на лучшую часть сезона, мудрые владельцы галерей пережидают где-нибудь на Лазурном берегу или Каймановых островах. Конечно, не всем по-карману такая долгосрочная политика ведения бизнеса, поэтому все же элементы живописного искусства в этот период отыскать можно, но для этого через себя надо пропустить массу странноватых и нелицеприятных артефактов.

Финансовые трудности этого исторического периода выпадают не только на долю художественных галерей, вместе с ними в долговое кредитное болото погружаются и другие предриятия, призванные в нормальное время обеспечивать праздник жизни: загрустили продавцы «Мерседесов» и «Лексусов», опустели бутики дизайнерской одежды, засыхает на витринах дорогостоящая косметика, не греет блеск ювелирных украшений. Даже аукционные дома торгуют по мелочи – никому не придет в голову в этот период выставлять на продажу Пикассо «розового периода».

Все ждут, когда новоизбранный президент позовет нас из телевизора в светлое будущее и даст гарантии финансовой устойчивости своим ну хоть каким-нибудь решительным действием. Но этот финансоводепрессивный период подходит к концу – президент уже известен, а несколько галерейных банкротств скоро никто и не вспомнит. Безобразия в выставочных залах уже сворачиваются – ожидается приток настоящей живописи и шедевральных скульптур. Вот так в этом году затянулось начало сезона – коту под хвост ушла пара месяцев нашего и без того короткого сезона.

И вот в таком минорном настроении, сидя на флоридском берегу и просматривая сводки аукционных домов, я сделала для себя небольшое открытие: есть-таки в жизни «нетленные ценности», продажи и покупки которых совершаются вне зависимости от самых серьезных мировых изменений и потрясений. Ни-че-го не повлияло на продажу… цветных бриллиантов! С упорством атомного ледокола «Ленин», пробирающегося к полюсу, этот непонятный простому человеку бизнес продолжал наращивать темпы.

[quote style=”boxed”]Цветной (или фантазийный) бриллиант – это самое из самого. Это концентрация роскоши в одном карате. Это финансы, пущенные на прихоть или во искупление. Это супервложение капиталов. Я никогда не слышала, чтобы цветные алмазы использовались по техническому назначению, зато все знают, что нашкодивший Коби Брайан подарил своей жене кольцо с пурпурным бриллиантом, а Бен Аффлек завлекал Дженнифер Лопес обручальным кольцом с розовым бриллиантом в виде сердечка. В общем, говоря по нашему, по-английски, это ultimate gems – неординарные драгоценные камни.[/quote]

Лет 25 назад во время геологической практики, мы допытывались у преподавателя: «Как же они получаются цветными?» – на что ученый со степенью ответил: «А черт их знает!». Последние 20 лет наука разгадала кое-какие тайны природы. Оказалось, окраску бриллиантов вызывают определенные дефекты их кристаллической решетки (не следует путать с пороками, определенными при оценке по чистоте). Они и являются причиной поглощения камнем части лучей видимого спектра – этот эффект мы и называем окраской. Если углерод в алмазе замещается элементами азота, создается желтая и зеленовато-желтая гамма. Если замещение происходит элементами бора, рождаются голубые и синие алмазы. Причиной розовой, красной и отчасти коричневой окраски камней являются деформации их кристаллической решетки, а зеленой – дефекты радиационного происхождения. (Чувствуете, что я не прогуливала лекции?)

По статистике лишь 0,001–0,002% бриллиантов имеют хорошо выраженную желтую, голубую, зеленую, оранжевую, розовую и даже красную окраску. Что же касается экземпляров особо насыщенных цветов, таких, как мы видим у сапфиров, турмалинов, гранатов и других самоцветов, то их вообще единицы. Цена на такие камни умопомрачительно высока, лучше называть их бесценными.

Самым знаменитым считается синий бриллиант “Hope” («Надежда») весом 42,5 карат. За свою историю он сменил многих владельцев, в том числе и Луи XIV. В конечном итоге, а может, и не конечном, его приобрел небезызвестный Гарри Уинстон и в 1958 году подарил Смитсоновскому институту. Кстати, “Hope” считается самым дорогим небольшим предметом в мире, его оценивают в 200 миллионов долларов – это чуть меньше пяти миллионов за карат. Крупнейший в мире алмаз «Звезда Африки» (530 каратов украшает британский державный скипетр. «Куллинан VI» находится в короне королевы Мэри, а алмаз «Орлов» – в российском державном скипетре. В 1878 году Чарлз Тиффани приобрел желтый бриллиант весом 128,54 карата (теперь камень так и называется “Tiffany”). Бриллиант был выставлен в витрине магазина Tiffany на 5-й авеню.

Но началом рыночных операций по продаже цветных бриллиантов считают покупку пурпурно-красного камня, имеющего название “Hancock”, весом 0,95 карата на аукционе Christie’s 28 апреля 1987 года. Султан Брунея заплатил за этот феноменальной красоты камень 880 000 долларов. Получилось почти миллион за карат – все дилеры были в шоке, но с этого момента единичные приобретения стали формироваться в рынок.

Наука шагнула не только в сторону изучения природных цветов алмазов, но и в сторону искусственной окраски бриллиантов. Рынок напрягся, и понятно почему. Придать сегодня обычным бриллиантам фантазийные цвета, учитывая уровень современных технологий, совсем не трудно. При облучении в ядерном реакторе (или ускорителе) с последующей термообработкой можно получить ярко-желтые, оранжевые, розовые, голубые, фиолетовые и зеленые камни. По этой причине бриллианты, имеющие натуральную окраску, сегодня во много раз дороже идентичных по цветовым характеристикам, но окрашенных искусственно. Такое гениальное, но неосмотрительное изобретение заставило экспертов по драгоценным камням всерьез взяться за поиск способов установления происхождения окраски. И в общем-то результат был получен – теперь всякий геммолог на основе изучения спектра оптического светопропускания может дать аргументированный ответ на вопрос, каков характер окраски того или иного цветного бриллианта. За исключением зеленых. Осмелюсь дать дружеский совет: не связывайтесь с зелеными бриллиантами!

Цветовая шкала для данного вида бриллиантов насчитывает 27 оттенков (желтый, оранжевый, зеленый, сине-зеленый и т.д.) и 9 градаций по тону (светлота) и насыщенности (яркость), что дает в итоге 250 дифференцированных цветов. При описании цвета тон и насыщенность обозначаются следующими терминами: слабый, очень светлый, светлый, фантазийный светлый, фантазийный, фантазийный темный, фантазийный густой и т.д. С учетом этого цвета окрашенных бриллиантов определяются как фантазийный желтый, фантазийный яркий зеленый, светлый голубой и т.д.

Хочу процитировать реальные советы для интересующихся цветными бриллиантами.

Цвет фантазийных бриллиантов определяется только при просмотре их со стороны площадки. Чтобы избежать при этом ошибок и неточностей, очень важно правильно выдержать геометрию просмотра. Идеальным считается, когда камень, помещенный в V-образную кювету, расположен непосредственно под источником света на расстоянии 45 см от него и 20–30 см. от глаза наблюдателя, а угол между сторонами воображаемого треугольника источник света – камень – глаз наблюдателя составляет 45 градусов.

Наблюдение бриллианта должно производиться в нейтральной по цветовому восприятию окружающей среде.

В качестве источника освещения следует применять лампы белого дневного света с цветовой температурой 6000–6500К. Они обеспечивают надлежащее качество освещения с высоким уровнем яркости, что весьма важно при наблюдении фантазийных бриллиантов.

И не говорите потом, что вы не знали. Лучше сначала дома потренироваться на белых бриллиантах, а когда соберетесь за покупкой, не забудьте захватить V-образную кювету.

И, как ни парадоксально, этот супер рынок тоже имеет модные тенденции. Самой экстравагантной сделкой за последнее время считается покупка бриллианта весом 5,5 карата на Sotheby’s за 1,3 миллиона долларов в 1997 году за два дня до Хэллоуина – дело в том, что бриллиант был ярко-оранжевого цвета и формой напоминал тыкву – его так и прозвали: Pumpkin Diamond.

 Ноябрь 2004 г

Светлана Вайс – журналист, арт-критик, специализируется в области аналитики форм и тенденций современного искусства. В течение 15-ти лет является арт-директором галереи “ИнтерАрт” (Нью-Йорк), куратор многочисленных международных художественных выставок, член Британского общества сюрреализма “Society for Art for Imagination”, автор книги “АртКвартал”. Ведет курс лекций о формировании арт-рынка современного искусства в Америке. Живет и работает в Нью-Йорке.