выпуск 26

София Юзефпольская-Цилосани.

 

Untitled-1София Юзефпольская-Цилосани. Доктор философских наук. Поэт. Литературовед. Член СПб ГО Союза писателей России и ОРЛИТА.

В 1989 году уехала из Ленинграда. Жила в Австрии, Италии, 23 года  – в Сиэтле, потом в Грузии. В настоящее время живет в г.Нью-Йорке, США.  С1994 года училась в аспирантуре и преподавала в Вашингтонском Университете, г. Сиэтл.  В 2005 году защитила диссертацию об Арсении Тарковском.

Автор сборника стихов “Голубой Огонь”, книги “The Pulse of Time: Immortality and the ord  in the Poetry of Arsenii Tarkovskii,” соавтор Поэтического сборника “Поэзия Женщин  Мира.”  Трижды лауреат международного конкурса имени Де Ришелье:Платиновый Дюк – 2013г. и Алмазный Дюк – 2014г. Бриллиантовый Дюк – 2015, за философские стихи, «Miserere“, Финалист Эмигрантской Лиры 2014г. Стихи, статьи и переводы неоднократно публиковались в периодических изданиях США, Израиля, России, Грузии.

 

Бруклинский мост

У Моста в утробе – полой
урбаническая глотка:
звон цепей, металл голодный,
в цепи брошенная нотка
_K3_0621-bwоблака, что глазом рыбьим
в скорость света влажно глянет,
но готическая скрипка
арку к краю неба тянет:

Клетку- вверх! Не к Арарату:
Не кормушка – мост из лестниц!
Душ Ловец взыскал награду –
из земного – в За-Небесье:

птичью клеть
с толпой туристов, –
кто – по паре, кто – без пары,

даже парус – альпинистом
одиноким, белым-алым
был прихвачен –
в отраженье.

Знаешь, это Океанье
вдоль по готике – в круженье,
по спирали – магистрально
микроскопно – электродом –
в камни впившись – моховые…
Здесь идет учеба вОды
принимать, как столбовые,
корневые сваи жизни,
смыслы – стоном –
Ом – галактик,
эклектические жилы –
сквозь плацдарм – вот танец Граций!

Цепи, плети. скрип пластины …
стройка сфинкса, рай с грифоном,
песнь Кита – Ион в корыте,
звук пещерных граммофонов,
Вавилонов… по-наитью
Новой речи – Рыба-Логос,
из утроб – в Орган Живого…
человечий скрежет… голос…

2.

Он миф металла, света – кости,
скелет изящества, и стройность
его гола и холодна.
Но космос рвется на подмостки
Великого сего Моста.
И изгибает свой хребет
Мост – Эфемерность,
Мост – Атлет.

_K3_0571-bwНе Поцелуев он, o нет –
не тот, что ‘Белыми Ночами’,
архитектоника очами
глазеет здесь в провал, в рассвет
миров, где звездам низ и верх
един, – в безликом отраженьи;
как плоть – обрезано мгновенье
и Эвридикин стынет нерв.

Жгутом Орфееву измену
Мост крепко держит, как пробел.
И небо поглощает пену
культур, эпох. Всему предел
есть Мост:
и боле – ни души.
Кочевье праны.
Шорох шин.

 

Скрябин в Нью-Йорке

Илье Фильштинскому

В совсем маленьком зале
в Нью Йорке, – очень большом –
пианист наигрывал Скрябина:
kinopoisk.ruБог тихонько вошел,

с краю присел, подумал,
и погасил люстру,
десять рядов стульев
вынес, и лоск: “искусство”

стер – с потных лбов эстетов,
вынес рояль куда-то:
пусть погуляют воды,
пусть никакой награды,

пусть задарма- ветром
полнится зал: голос
пусть свой проверит вера,
пусть для любви – полость;

пусть растечется надежда:
после – придет со-творенье,
пусть на свободе – прежде
кто-то в него поверит.

Скрябин в Нью Йорке бескраен:
льется святое тело,
божья рука играет…
А пианист?… Где он?

LandscapeА пианист – поденщик,
он же светильник полый,
в трубах Нью-Йоркской ночи,
в бурях МузЫки, в волнах.

Так – разливался источник:
так – пролилось Слово:
Не было зала, ночи,
города, публики, крова.

 

Слушая Сергея Рахманинова.

Если заблудишься, если в дороге промок,
если ни бог не помог, ни святые заветы,
ты, как Рахманинов, выйди из дому, и в лето
тихо войди: у телеги разломаны оси,
осы летают в вуали лесной, и продрогшая осень
sergei-rachmaninov_c_2_jpg_681x349_crop_upscale_q95
в лето сама забежит за тобой, прижимая набухший клубок

лесом – к соленой груди, а телега застряла, увязла,
клубный огонь отмечает рожденья цветка,
злые цветочки растут по краям и опасно –
как к непогоде навстречу из берега выйдет река.

Но ты уже размеряешь дорогу, и крестишь иконку,
лижешь, как будто бы черствая корка, и снова бросаешься в путь.
Это Рахманинов вышел из дома в Нью-Йорке,
это Россия – в ведерке его: спички, ладонки, клавиши, кости, концерты, газеты,
усадьбы, пожары, дожди, купола, нищета, и в платочках – бабенки.

Это наша Россия – любимой, которую нам никогда не вернуть…

 

 

Выпуск подготовила Татьяна Бородина

Предыдущие выпуски см.: http://elegantnewyork.com/poetry-ny-1/http://elegantnewyork.com/poetry-ny-2/;
http://elegantnewyork.com/poetry-ny-3/http://elegantnewyork.com/poetry_ny_4/http://elegantnewyork.com/poetry_5/;
http://elegantnewyork.com/poetry-ny-6/http://elegantnewyork.com/poetry-ny-7/http://elegantnewyork.com/poetika-8/http://elegantnewyork.com/poetika9/http://elegantnewyork.com/poetika10/http://elegantnewyork.com/poetika11/;
http://elegantnewyork.com/poetry12/http://elegantnewyork.com/poetica/http://elegantnewyork.com/category/poetry/; http://elegantnewyork.com/poetry-15/4 http://elegantnewyork.com/poetyka-16/; http://elegantnewyork.com/poetry-17/; http://elegantnewyork.com/poetika-18/; http://elegantnewyork.com/poetry-ny-1-2/; http://elegantnewyork.com/poetry-20/; http://elegantnewyork.com/poetry-new-year/, http://elegantnewyork.com/poetika-23/; http://elegantnewyork.com/poetika-24/