Театральный cеребряный юбилей

Интервью c Сергеем и Гаяне Данилян
специально для Elegant New York
вела Татьяна Бородина

 

e625f4a484ba0af5d6a1946c734527c1В этом году Нью-Йорк отмечает 25-летие театрального агентства Ardani Artists, созданного замечательными  талантливыми энтузиастами и знатоками балета, супружеской парой – Сергеем Даниляном и  Гаяне Данилян.

Как отмечает известный балетный критик Нина Аловерт: «Ардани Артист» – едва ли не самое известное театральное агентство мирового балета. А Сергей Данилян – не просто знаковая фигура балетного мира, а «много-знаковая». Он

является продолжателем двух других знаменитых русских ХХ  века – Сергея Дягилева и Сола Юрока, открывавших русское балетное искусство и балетных артистов Западу. Естественно, в другом времени, в других условиях и в соответствии со своей, несомненно, творческой индивидуальностью.»

Театральный мир по достоинству оценил деятельность «Ardani Artists» – за последние годы агентство завоевало множество наград, включая высшую российскую национальную театральную премию «Золотая маска» в 6 различных номинациях. 

В преддверии юбилейного гала концерта в Нью-Йорке, который состоится 19 и 20 августа в Сити Центре, мы встретились с Сергеем и Гаяне Данилян в их офисе на 56 стрит.  

 

Татьяна Бородина: Серебряный юбилей вашей деятельности проходит на подъеме, вами сделаны поистине знаковые проекты, которые, несомненно, войдут в историю мирового театрального искусства. Не стану перечислять их, потому что надеюсь услышать от вас о самом любимом и самом успешном за эти годы.

unnamedСергей Данилян: Самого любимого просто нет, потому что каждый проект дорог по-своему. В каждый из них вкладывалось так много любви, сил, эмоций, что я бы не стал какой-либо выделять.

Гаяне Данилян: Любимые проекты – это, как дети. Самый любимый проект это тот, над которым ты сейчас работаешь.

Т. Но, если не самый любимый, то какой проект вы считаете  самым успешным?

С. Тоже сложно назвать, потому что не все проекты были представлены одинаково широко. Они в разной степени имели доступ к зрителю.  Например, «Короли танца», в нем было 5 программ, а в Нью-Йорке прошли всего 2 программы.

Менялись артисты, менялись программы. У нас был один год, когда в Нью-Йорке вместо пяти танцовщиков участвовали  в «Королях танца» 8 исполнителей, поскольку все хотели принять участие, и все были свободны в это время.

Choreographer Mauro Bigonzetti @ Bolshoi Rehearsals of Cinque

«Reflections». Choreographer Mauro Bigonzetti @ Bolshoi Rehearsals of Cinque

Но есть проекты, которые мы не показали в НЙ, например, «Отражения» («Reflections») – совместная постановка с Большим Театром России.

 

 

 

Проект был создан для выпускниц московской балетной школы, чья карьера сложилась по-разному: кто-то попал в Большой театр в кордебалет, а потом дошел до премьерских позиций, а кто-то, как например, Полина Симеонова, она уехала сразу в Европу, в Берлин и там сделала карьеру, или, как Мария Кочеткова, сначала поработала в Лондоне, а потом в Сан-Франциско и стала там звездой балетной труппы.

И они все уже знаменитые. Их знают.  Катя Крысанова – прима балерина Большого театра, Наташа Осипова на момент создания проекта уже была звездой, она прима-балерина Королевского балета в Лондоне. А Полина Симеонова и Мария Кочеткова – кроме того, что они примы-балерины театров в Берлине и Сан-Франциско, они еще и звезды Американского Балетного театра  в Нью-Йорке.

Vishneva Gomes Dialogi IMG_5742 Photo Aloveert

Vishneva and Gomes. “Dialogues” Photo by Nina Aloveert

Но когда мы создавали проект «Отражения», этой известности у них еще не было, и все участвовали в нем на равных. Мы готовили его 2 года. В 2010 был большой репетиционный период в Калифорнии, где находится база наших продюсерских программ совместно с «Центром исполнительских искусств Сегерстром» в Коста Месе, пригороде Лос-Анжелеса, Мы завершили работу в январе 2011 года и показали её и в Калифорнии, и в Москве в Большом театре. Был огромный успех.

Г. У нас было много удивительных моментов в проекте «Отражения». Было очень интересно работать с девочками, которые окончили одно и то же хореографическое училище, но потом судьбы их сложились по-разному. После стольких лет они встретились.

Этот проект был самым ярким еще и потому, что мы работали в таком великолепном месте, как «Центр исполнительских искусств Сегерстром».  Это потрясающее место. Есть все условия, чтобы  артисты были счастливы. Это великолепная атмосфера, внимание всех сотрудников, в твоем распоряжении прекрасные репетиционные помещения центра. Ты заходишь в театр и понимаешь, что здесь есть все условия для творчества, для ежедневной работы, и все преданно служат общему делу. Всё это благодаря очень слаженной и ответственной команде Центра, ведомой исполнительным вице-президентом центра Джуди Морр, с которой мы работаем и дружим уже 16 лет.

С. Были еще проекты, которые не удалось полностью показать в Нью-Йорке. Например, во втором проекте Дианы Вишнёвой «Диалоги» была работа Джона Ноймаера для Дианы Вишнёвой и солиста его театра Тьяго Бордина, которую мы, к сожалению, не смогли показать в Нью-Йорке. Или, скажем, в третьем проекте «Грани», где была постановка француза Жана Кристофа Майо  «Переключение», которую мы тоже не смогли показать в Нью-Йорке. Но нам удалось во время гастролей балета и оркестра Мариинского театра в Бруклинской Академии музыки  показать  хотя бы вторую часть этого проекта – постановку «Женщина в комнате», которую сделала Каролин Карлсон.

Kings  Matvienko Vestris Photo Alovert 3553 copy

“Kings of the Dance”. Matvienko. Photo by Alovert

Кроме того, успех наших программ еще и в том, что они открывают много важного и ценного для самих исполнителей.

К примеру, постановка Cinque (Чинко) итальянского хореографа Мауро Бигонцетти  на музыку Вивальди для пяти танцовщиц. Была работа Начо Дуато, она может быть не новая, но девочки впервые ее танцевали, называлась она «Ремансос» для трех балерин и трех мужчин. Есть более известная версия этого балета – только для трех мужчин и называется она просто «Ремансо».

Но что еще важно – в рамках нашего проекта «Отражения» артисты Большого театра впервые получили возможность исполнить в России «Па де труа» Джорджа Баланчина на музыку Глинки. Были восстановлены оригинальные костюмы Каринской, у нас было три состава исполнителей. Работали с Мариной Иглевски, которая была дочерью известного танцовщика баланчинской труппы Андре Иглевски, для которого Баланчин  и ставил этот балет. Она вспоминала и рассказывала танцовщикам между репетициями, как сидела на коленях у Баланчина, когда он репетировал «Па де труа».

Т. Ваши проекты – это «русский балет», «русская школа»?

С. Это нельзя назвать «русский балет». Программы все международные, а школы разные, в этом ценность наших проектов. Собираются артисты – кто-то более известен, кто-то менее. В первом проекте «Короли танца» все были очень известными танцовщиками. Датчанин  Кобборг, испанец  Анхель Корейя,  американец Итон Стифел и Николай Цискаридзе, который как раз представлял русскую балетную школу. Каждый из них получил профессиональное образование в своей стране и тут, объединившись в программе «Короли танца», они могли брать классы у приверженца петербуржской балетной школы Юрия Фатеева, который как раз на тот момент был репетитором проекта. И в студии звучала то немецкая, то английская, то датская, то испанская речь, и для них это был важный серьезный опыт, они друг у друга учились.

Поэтому я очень ценю, когда в проекте участвуют люди из разных стран и представители разных школ, будь то хореографы, будь то танцовщики. Во-первых, взаимно обогащаются сами участники проекта, а во-вторых, проект приобретает очень интересную международную окраску, которая в какой-то степени способствует лучшему пониманию артистов зрителями и является краеугольным камнем – создавая такие проекты, мы укрепляли международные связи. Может быть, поэтому министр иностранных дел России г-н Лавров когда-то наградил меня медалью за вклад в международное сотрудничество. Вот она лежит тут.

Дэвид Халдберг 2011 короли танцев

Дэвид Халдберг. Ккороли танцев. 2011. Фото Нины Аловерт.

Т. Концепция «Королей танца» была вашей идеей?

С. Такое до нас было в опере. Программа «Три тенора». И по масштабам личностей участников в оперном проекте, возможно, это больше – там были Доминго, Карерас и Паваротти.  Но в балете это было сделано нами впервые. На тот момент в танце была популярна форма гала-концерта. Она и по сей день сохранилась, когда исполняются разные номера – па-де-де, вариации, адажио, или просто современные номера. Но мы постарались сделать это более зрелищным, в форме спектакля, такой театральный вариант. Поэтому у нас в начале проекта всегда задействованы все участники проекта. Сама работа более театральная, как например балет Флеминга Флинта «Урок», где каждый исполнитель получал возможность играть главную роль и проявить свои актерские способности. Затем идет часть программы, где каждый исполняет сольные или дуэтные номера и проявляет себя, как личность, как индивидуальность, в той хореографии, в которой хочет себя попробовать. Поэтому необычность в том, что исполнители такие разные, но не чувствуется конкуренции между ними, несмотря на соревновательный дух сольных номеров.

 

Такой проект, как «Короли танца», я больше рассматриваю как лабораторию мужского балета. Кто-то смог проявить себя хореографом или даже композитором, как например, в программе получился оригинальный финал, когда премьер Национального балета Канады Гийом Котэ проявил себя как композитор, использовалась его фортепьянная соната, и сам он исполнял ее во время представления, а Марсело Гомес, бразилец, сочинил хореографию этого финала. И уже позже Марсело Гомес получил возможность сделать для проекта «Короли танца» новую работу «Tristesse», которая будет представлена в Америке в юбилейной Гала-программе 19-20 августа как американская премьера. Там участвует испанец, немец и украинец.

Сергей с Дианой это в Lladro 2012 году

Сергей Данилян и Диана Вишнева. Lladro, 2012

 

 

 

Т. Случились ли за эти 25 лет открытия новых талантливых танцовщиков?  

С. Я не могу сказать, что я кого-то открыл. Мы же знакомимся, когда они уже закончили Академии и уже работают на профессиональной сцене. Но мы создали прецедент, чтобы артист всегда имел возможность выбрать, что он хочет делать и с кем он хочет работать. Редкий случай! В театрах, с которыми они ассоциированы, такой возможности у них нет. Что-то получалось лучше, что-то хуже, но опыт, который приобретал артист, участвуя в этих проектах – бесценен,  и не только в  смысле паблисити.

Т. Но, все же, Диана Вишнёва – это ваше открытие? Мне кажется, вы скромничаете.

Г. Да, я хотела сейчас сказать – он скромничает.

С. Вишнёва – так сложилось, что она единственная, с кем мы очень долго связаны. Был переломный момент в нашей карьере, когда мы одновременно встретили Диану Вишнёву и Бориса Эйфмана, которые фактически предначертали наше будущее. Если с ними что-то было бы неуспешно, я даже не представляю, как наша профессиональная жизнь сложилась бы.

С Дианой связано то, что мы попали в Мариинский театр. Она стала лауреатом первой премии, которую мы учредили в свое время, и к ней пристал этот титул «Божественная», который она получила в самом начале своей карьеры.  С ней были связаны все гастроли Мариинского театра в Северной Америке, в которых она участвовала и формировала свое международное реноме.

Борис Эйфман, я его очень уважаю, мы готовили его первые гастроли здесь в течение двух лет, и они могли провалиться, ну и для него это не было бы страшно, мир огромен, и он мог продолжать свою карьеру там, где у него уже было признание, и ничего страшного для него не произошло бы. А для нас это был бы серьезный удар, потому что нам пришлось бы дальше жить и работать в этой стране. Но звезды сложились таким образом, что наш успех, полученный тогда, мы продолжали развивать, и у нас сложились отношения, и на наших глазах уже у него выросло третье поколение солистов, с которыми мы очень интересно сотрудничаем. Эти два человека являются для нас главным вдохновением этих 25 лет.

 

vishneva1

Диана Вишнева. Красота в движении.

Г. У нас было три проекта с Дианой. «Красота в движении» – уникальный проект, кажется, лучше уже не может быть!

Второй проект «Диалоги». Затем – третий проект «Грани». Два произведения «Переключение» Жана-Кристофа Майо и Каролин Карлсон «Женщина в комнате» – это нечто невозможное, это – на разрыв аорты.

Вообще все спектакли, которые я смотрю с Дианой, заставляют меня плакать…. Когда я прихожу за сцену, она говорит: «Гаечка, вы опять плакали?» Я отвечаю: «Диана, это не я, это ты!» Это сила ее таланта! Она не играет, она переживает. Каждый вечер ты можешь это видеть: она входит в образ, живет этим образом, хочет донести всё, что вложил в него хореограф, всю музыку спектакля и все, что собрал и объединил продюсер. И это ей это блестяще удается.

Гая данилян и Диана Вишнева после премьеры красота в движении 2008

Гане Данилян и Диана Вишнева после премьеры Красота в движении. 2008. Фото Нины Аловерт.

 

 

Я ее очень люблю, мы с ней практически прожили жизнь. Она стала частью нашей семьи, и мы стали частью ее семьи. Она первая, от кого я получаю поздравления на все праздники. Где бы она ни была – утром, глубокой ночью, когда мы даже не знаем где она – во Владивостоке, в Японии, в Америке, в Англии – но первое поздравление всегда он нее. Она очень внимательная, очень тонкая.

Т. По-моему, у вас со всеми вашими исполнителями складываются очень теплые близкие отношения.

Г. Это счастье, когда у тебя есть возможность работать с артистами такого уровня, хореографами такого калибра, которые сегодня представляют театры и являются ведущими хореографами. Это большое счастье собрать их на одной сцене – это просто невероятно. Очень часто мы после репетиции их собираем вместе. И хоть я и ворчу на Серёжу, что он посадил их всех себе на голову, но без этого не получается! Они ведь тогда расслабляются, они сидят и рассказывают все друг другу, и это – бесценно, они все имеют разный опыт и делятся им. И они понимают, что наш проект – это не просто то, что дало им возможность заработать денег. Нет! Они понимают, что участвуют в том, что потом войдет в историю. И они не на 100 процентов отдаются, а на 250 выкладываются.

После премьеры короли танца исполнители и репетиторы нью-йорк 2009 7-unnamed

После премьеры “Короли танца” Стоят: Иван Васильев, Сергей, Тони Фабр, Гая, Денис Матаиенко, Луиджи Бонино. Сидят: Слева- Николай Цискаридзе, Хоакин Де Луз, Армен. Нью-Йорк, 2009. Фото Нины Аловерт.

 

KQ8A5893-1

Сергей и Гаяне Данилян в своем офисе в Нью-Йорке с новой книгой “Импресарио”. Фото Татьяны Бородиной.

Т. К 25-летию вы издали совершенно потрясающую уникальную книгу «Импресарио». Расскажите, пожалуйста, что вошло в это издание.

С. 25 лет – мы решили подвести некий итог и издали эту книгу, куда вошли 15 программ, которые мы продюсировали за последние 10 лет.

Идея родилась, отчасти, благодаря московской юбилейной программе, в рамках которой была большая выставка журнала «Vogue». Этот журнал нас очень поддержал. Мы создали совместный декабрьский 2014 года выпуск «Vogue» с фотографиями знаменитого французского фотографа Патрика Демаршелье. Сьемка проходила в НЙ, где мне удалось в один день собрать в одной студии многих наших исполнителей, которые здесь на обложке есть. Как ни странно, это было легко, все отозвались, все приехали. Я очень жалею, что у Наташи Осиповой на тот момент не было паспорта, поэтому она не могла принять участие в съемке, но в книге очень много фотографий, связанных с ее участием в проектах «Отражения» и двух версий «Соло для Двоих».

Этот выпуск был на русском языке, в формате журнала «Vogue», а теперь как продолжение, мы издали книгу«Импресарио». В книге пять статей о проектах «Начало», «Короли танца», три проекта Дианы Вишневой: «Красота в движении», «Диалоги» и «Грани», «Отражения», «Соло для двоих». Книга на английском языке, в ней 500 страниц, 500 фотографий, 44 плаката, большой содержательный раздел-индекс по всем программам. Книга издана прекрасно, в ней собраны фотографии 30 авторов. Мы собирали их со всего мира – от Новосибирска до Буэнос Айреса. Только модная часть – это студийная сьемка, все остальное – фото со спектаклей. Все фотографии были нам предоставлены безвозмездно. За эти годы в наших проектах участвовало много разных людей, и мы постарались никого не забыть. Думаю, это получилось.книга

Средства от продажи книги идут на поддержку молодых хореографов, в частности тех, которые участвуют у меня в программе. Именно поэтому мы сможем 19-20 августа увидеть работы молодых хореографов – Владимира Варнавы, Марсело Гомеса и Максима Петрова.

Т. Расскажите о юбилейной программе, пожалуйста. Насколько я знаю, Нью-Йорк – это третий город, где проходит ваше юбилейное гала.

С. Да, это так. Программы во всех трех городах – Москве, Лондоне и Нью-Йорке совершенно разные, кроме одной постановки – премьеры Марсело Гомеса, которую мы ему заказали. Она из программы «Короли танца», и мы ее сохранили во всех городах.

PR_ARDANI_07252016-1В Нью-Йоркской программе мне важно показать особую сторону моего сотрудничества с Мариинским театром. Там есть мастерская для молодых хореографов, и там я познакомился с Владимиром Варнавой и пригласил его в проект «Соло для двоих». И он сделал постановку «Моцарт и Сальери» на себя как Сальери и на Ивана Васильева как Моцарта. И там я увидел Максима Петрова, которому всего 24 года, но он уже поставил в Мариинском театре 3 или 4 большие работы. И его работу «Дивертисмент короля» мне захотелось тут показать. Это очень интересный проект – молодой, умный, интеллигентный хореограф с большим вкусом подобрал музыку и восстановил старинные танцы эпохи Людовика XIV. И сделал главным героем самого Короля, который очень любил танцевать, обожал танец.  И показал двор его времени, использовал гравюры, музыку, а выдающийся художник по костюмам Татьяна Ногинова создала очень красивые оригинальные костюмы для мужчин, фактически придворных Людовика XIV.

Вечер будет открываться совершенно неожиданно. Несколько лет подряд за нами ездил оператор-документалист Чарльз Эванс-младший. Он снимал все, что происходило в Москве, Петербурге и Лондоне. Он снимал это для другого фильма. И когда  я увидел материал, я попросил его совместить это с тем, что есть у нас. И в результате зрители увидят двадцатиминутный документальный фильм, который называется так же, как и книга «Импресарио». И услышат много интересного от самих артистов и постановщиков. Кстати, позже я узнал, что Чарльз Эванс обладатель «Золотого глобуса» и британской премии BAFTA.

RED Giselle Photo Alovert IMG_20150111_0008

“Красная Жизель”. Фото Нины Алоерт.

Т. Юбилей пройдет и что же ждет зрителей в будущем?

С. Мы готовим большой проект с труппой Бориса Эйфмана в рамках празднования сорокалетия его театра и юбилея – двадцатилетия нашего сотрудничества с ним в 2017 году. Сейчас это наш приоритет. И будут еще гастроли Михайловского театра в этом году, и завершится сезон постановкой Мауро Бигонцетти  «Золушка» с балетной труппой Ла Скала, которую он, кстати, недавно возглавил.

Т. Что же будет в Нью-Йорке?

С. «Красная Жизель» после реставрации. И «Чайковский» – тоже после реставрации. Борис Яковлевич пересматривает свои старые материалы, перекраивает под новых исполнителей. Он находит новые краски. Новые акценты. Тем более что это – его лучшие работы.

Т. Неужели кроме Эйфмана вы ничего не покажете в Нью-Йорке?!

С. К сожалению, нет. Сейчас здесь сократилась танцевальная  пресса и меняется поколение зрителей, которые ходят на танец и балет. Нью-Йорк для нас стал очень тяжелым и дорогим городом. С Калифорнией мы будем продолжать работать.

Г. Как говорил Эйфман: театр – это не музей. Ты должен идти вперед, чувствовать пульс времени, ориентироваться на нового зрителя. Надо искать новые формы, привлекать новую аудиторию, для этого нужны новые силы, новая кровь, новые идеи.

С данилян репетиция перед премьерой  короли танца 2009

Сергей Данилян на репетици перед премьерой “Короли танца”. Нью-Йорк, 2009. Фото Нины Аловерт.

 

No comments yet.

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.

Social Widgets powered by AB-WebLog.com.